Обратная связь

Напишите свои пожелания/замечания по содержанию и работе сайта.




Новости

Главные события подмосковья

Госуслуги МО Новости Правительства МО
Назад к списку новостей

Презумпция согласия может привести к развитию «чёрной трансплантологии» в России?

Презумпция согласия может привести к развитию «чёрной трансплантологии» в России?
17 марта 2016 14:40 Распечатать

Конституционный суд РФ на прошлой неделе признал законность изъятия органов у людей, погибших в результате ДТП, без согласия родственников. Право на это действие даёт так называемая «презумпция согласия»: если при жизни умерший человек не запрещал изымать свои органы, то, значит, он был «за». Такое отношение, по мнению представителей РПЦ и юристов, нарушает элементарные права человека, а также может послужить к развитию «чёрного донорства» в России.

Конституционный суд, сославшийся на презумпцию согласия, поставил точку в деле Алины Саблиной – прецедентном случае в российской практике. 11 января 2014 года девушка попала в дорожную аварию, в результате которой скончалась через шесть дней в реанимации, не приходя в сознание. После смерти у неё были изъяты сердце, почки, а также некоторые другие внутренние органы. Родственников Алины разрешения на данные действия не спрашивали. Мать умершей, Елена Саблина, подала на медиков в суд, однако дело проиграла.

На сегодняшний день презумпция согласия действует в таких странах как Великобритания, Германия, Португалия и Испания. Недавно ряды пополнила и России. Согласно презумпции, если человек при жизни не зафиксировал свою готовность или неготовность к трансплантации органов, то это автоматически трактуется как положительный ответ. Помешать пересадке могут только близкие родственники погибшего, которые в течение двух часов должны дать ответ. Если такового не поступило, то врачи имеют полное право изъять органы. По словам зампред Комитета Совета Федерации по социальной политике Людмилы Козловой, доноров в первую очередь ищут среди родственников погибшего.

Заявить о своей готовности или неготовности на трансплантацию органов человек может как в устной (в присутствии свидетелей: родителей, супругов или близких родственников), так и в письменной форме. Во втором случае гражданину необходимо зафиксировать своё решение нотариально. Где именно будет прописано волеизъявление, власти пока не определились. Как заверила Козлова, в настоящий время этот момент прорабатывается. Возможно, по примеру других стран, отметка о готовности/неготовности гражданина будет зафиксирована в паспорте или в водительских правах, либо же будет создан специальный документ. Однако стоит помнить, что если человек отказался от донорства, то в этом случае он не имеет право претендовать на получение органа.

Как отметила зампред, благодаря презумпции согласия в России начнётся развитие отечественной трансплантологии. Ежегодно в стране на 145 млн человек, нуждающихся в пересадке органов, выходит 1,5 тысяч операций. Это, по словам Козловой, ужасающая статистика.

Оппонентом Совфеда и решения Конституционного суда выступает Союз адвокатов России в лице его президента Игоря Трунова. Он считает, что презумпция согласия может привести к прогрессированию «чёрной трансплантологии», которой будут содействовать нечистые на руки врачи. По его мнению, ситуация с Саблиной, когда медики поспешно вынимали у неё органы, при сидящих у двери родителях, типична и показательна.

«Я критически отношусь к презумпции согласия, особенно в нашей действительности. Если мы берём за основу решение Конституционного суда, то там достаточно некрасивая история получается: Алина Саблина после травмы попала в больницу, родители всё время дежурят возле палаты, их иногда впускают – ребёнок жив. Потом на момент смерти их не пускают, и только после они узнают, что он умер и у него изъяли органы, не спросив разрешения. Возникает вопрос: как так получилось, ведь родители всё время присутствовали в больнице?», — заявил Трунов.

По его словам, подозрение о том, что Саблину умертвили, либо дали ей умереть, имеют под собой основания. Случаи, когда из пациентов выжимают деньги, устрашая их несуществующими заболеваниями, практически повсеместны. Сейчас выживший на операционном столе человек врачам не особенно интересен, а вот умерший приносит доход. Врачи оказались в ситуации, когда созданы идеальные условия для грабежа человеческих органов. Доказать преступление (сознательное умерщвление или неоказание необходимой помощи) невозможно – момент смерти определяется по усмотрению медика.

Ещё одним оппонентов Совфеда стали представители РПЦ. По словам члена Общественной Палаты РФ, протоиерея Всеволода Чаплина, «донорство само по себе дело благородное», но только, если реципиент дал на это разрешение. В противном случае происходит нарушение прав человека.

«В основах социальной концепции презумпцию согласия потенциального донора на изъятие органов, закреплённой законодательством в ряде стран, церковь считает недопустимым нарушением свободы человека. Человек должен иметь свободу распоряжаться своим телом. Он имеет свободу, его свобода должна уважаться. Как тело будет использовано после смерти человека, это очень сложный этический вопрос», — сказал Чаплин.

Кроме того, представители церкви опасаются, что тело человека может стать собственностью государства, а это в свою очередь может повлечь к тому, что оно станет объектом купли-продажи.

Выходом из положения как чиновники, так и юристы, и священнослужители видят создание специального регистра, в котором человек сможет выразить своё отношение к пересадке органов. Документ станет федеральным и будет вестись Минздравом России. Он призван нормализовать правоотношения между реципиентом, донором и врачом. Документ должен быть прозрачным и открытым. При этом, потребуется обязать все медицинские учреждения публиковать данные о пересадке и об источнике органов.

«Чтобы исключить нелегальную торговлю органами очень важно добиться максимальной открытости и максимальной законопослушности всех, кто участвует в обороте органами. Убеждён, что победить «чёрную торговлю» очень просто: обязать все медицинские учреждения всех стран публиковать детальные сведения о каждой пересадке, тут думаю не будет нарушения врачебных тайн. Убеждён, что это можно сделать: нужно публиковать данные о пересадке органов и о донорах, особенно это касается западных стран и стран, в которой процветает теневая экономика», — заявил Чаплин.

Законопроект «О донорстве органов и трансплантологии», включающий создание регистра согласия/несогласия человека на пересадку органов, будет внесён на рассмотрение в Государственную думу в ближайшее время.


Надежда ОСОДОЕВА